БИБЛИОТЕКА
ЭСТЕТИКА
ССЫЛКИ
КАРТА САЙТА
О САЙТЕ





предыдущая главасодержаниеследующая глава

Цели и задачи музыкально-эстетического воспитания детей и юношества

Музыка вошла в нашу жизнь так глубоко, что мы уже часто перестаем воспринимать ее как искусство и даже попросту не замечаем, как не замечали бы лучшие произведения живописи, если бы ими вместо обоев были обклеены стены наших квартир. Музыка звучит сейчас повсюду: и там, где надо, и там, где она, можно сказать, противопоказана. На экранах кино и телевидения она обязательно сопровождает почти любой документальной или хроникальный сюжет; под музыку доят коров и удобряют поля, под музыку плавят сталь, строят дома, беседуют на самые разные темы... При этом практически не имеет значения, какая звучит музыка, симфоническая или эстрадно-развлекательная, хорошая или плохая. Во всех этих случаях она воспринимается как некий сопровождающий фон, вступающий порой в неравное единоборство с шумом могучих современных машин, и часто не дает возможности разобрать речь человека. Музыка встречает (а иногда оглушает) вас в самолете, в поезде, на пароходе, в аэропорту, на вокзале и пристани, в санаториях и домах отдыха, на стадионах, в радио- и телепередачах, пионерских лагерях. Это последнее обстоятельство меня особенно тревожит: чуть свет, а на территории лагеря уже включают мощные репродукторы и бьют по неокрепшей психике, по несформировавшемуся сознанию ребят.

Все это ведет к девальвации музыки как искусства и как следствие - к потере ею могучего эстетического, идейного, нравственного влияния на человека, к потере познавательной и воспитательной ее силы.

Не случайно на почве пресыщения музыкой кинофильмов (где часто она совершенно не нужна) родилась вполне реалистическая острота: лучший в музыкальном отношении фильм последних лет - "Живые и мертвые" по книге К. Симонова (в фильме нет совсем музыки).

Мы знаем, что мера любой вещи, любого явления - не только количество, но и качество. Поэтому нас не может не тревожить, что в этом необъятном море звуков слишком много плохой музыки, музыки дурного вкуса, в которой господствует легкая, бездумная развлекательность, музыки, лишенной талантливости и мастерства, зачастую пошлой и даже безнравственной. Ведь хочет человек или не хочет, прислушивается он к этой Музыке или нет, - она оказывает на него свое влияние.

Это очень поднимает моральную и профессиональную ответственность школьных учителей-воспитателей в достижении высшей цели музыкального воспитания, которую трудно определить лучше, чем это сделал замечательный советский педагог Василий Александрович Сухомлинский. Ему принадлежат мудрые слова: "Музыкальное воспитание - это не воспитание музыканта, а прежде всего воспитание человека". Так сформулирована задача массового музыкального воспитания, но нет сомнения, что эти слова не теряют своего значения, когда речь идет и о подготовке музыканта-профессионала, потому что он призван быть прежде всего настоящим человеком.

Слова В. А. Сухомлинского я поставил эпиграфом к новой программе по музыке для общеобразовательных школ, которую на основе предложенных мною в 1973 году принципов и методов разрабатывает сейчас под моим руководством лаборатория музыкального обучения НИИ школ Министерства просвещения РСФСР.

Сейчас новая программа получила широкое распространение: специально подготовленные учителя ведут по ней занятия в 5000 школ Российской Федерации и во многих школах союзных республик.

Оставляя в стороне все особенности новой программы, хочу подчеркнуть главное, на что она направлена всем своим существом - на единство эстетического, идейного и особенно нравственного воспитания учащихся. Музыка содержит в себе колоссальные возможности для решения этой задачи.

Конечно, любой школьный предмет, в том числе предметы естественно-математического цикла, необходимые для среднего образования, содержат в себе элементы эстетики, часто, впрочем, не осознаваемые не только учащимися, но и учителями. Так, решение любой задачи в математике, физике, химии, биологии может быть не только верным, но и красивым, а о таких предметах, как обществоведение, история, география,- говорить нечего. Освобожденные от эстетического начала, они становятся, по выражению А. В. Луначарского, предметами обездушенными.

Если внимательно вглядеться в жизнь, в любое ее проявление, то мы, безусловно, обнаружим неразрывность связи хорошего и красивого. Не случайно же в русском языке слово "прекрасный" является превосходной степенью и от слова "хорошо", и от слова "красиво"!

Искусство в воспитании школьников играет особую, ничем не заменимую роль. Эта особенность вытекает прежде всего из того обстоятельства, что любое произведение искусства в самом себе содержит нравственное начало. Математическое уравнение, физический закон могут, как я уже сказал, содержать эстетическое начало, но никогда, ни при каких обстоятельствах они не смогут быть нравственными или безнравственными (все зависит от того, на какую цель направлена та или иная наука). В искусстве же, в частности в музыке, нравственное содержание - воспевание добра и осуждение зла - является, можно сказать, его душой, смыслом его существования, основной силой его воздействия на человека, его преобразующим фактором в жизни общества.

В наших школах, общеобразовательных и музыкальных, главная беда - более чем недостаточное внимание к воспитанию ребенка и подростка, особенно нравственному. В музыкальных школах часто виден уклон к профессионализации ребят, вовсе не собирающихся стать профессионалами. В общеобразовательных школах в соответствии со старой традиционной программой цель занятий исчерпывается овладением некоторыми знаниями, навыками и умениями. Задачи же воспитания музыкальной культуры учащихся, без чего невозможно воздействие на их духовный мир, остаются за пределами занятий. И тут уместно вспомнить слова крупнейшего русского врача, тонкого знатока духовного мира человека - академика В. М. Бехтерева, сказанные им еще в 1914 году: "Я убежден, что от детальной разработки вопроса о музыкальном воспитании с раннего детского возраста в значительной мере зависит эстетическое, а следовательно, и нравственное воспитание человеческой личности". Подчеркиваю: "эстетическое, а следовательно, и нравственное"!

Позволю себе привести несколько примеров из опыта занятий по новой программе, могущих служить подтверждением этих слов. В I классе ребята прослушали вальс из балета "Золушка" С. Прокофьева. Вальс этот им очень понравился, они уловили в нем образ счастливой, радостной, хотя и робкой, Золушки, впервые в жизни попавшей на бал, о чем она раньше даже мечтать боялась. На следующем уроке этот вальс прозвучал вместе с идущей за ним сценой "Полночь", когда часы механически и напряженно отбивают двенадцать ударов. Золушка должна покинуть бал и возвратиться домой, к своей обычной тяжелой жизни. Как же ребята охарактеризовали музыку "часов" после того, как сказали, что она им тоже очень нравится (это действительно один из лучших эпизодов в балете)? Вот их высказывания: "Часы бессердечны, механичны, тревожны...", "Часы равнодушны...", "Злые часы...", "Часам все равно, опоздает Золушка домой или нет..." Такие нравственные оценки вызвала в ребятах эта музыка. Именно нравственные, а не только эстетические!

Во II классе на вопрос, что из всей музыки, прозвучавшей в классе, ребятам больше всего понравилось, на первое место вышла предсмертная ария Ивана Сусанина (главную мелодию в начале и в конце арии пели сами ребята, среднюю часть играл на фортепиано учитель). Ребятам очень понравилась музыка, и глубоко взволновало ее жизненное содержание.

Недавно я получил из Ленинграда письмо, в котором мать, инженер-химик, пишет, что ее сын, второклассник Сережа, вернулся домой, когда она слушала по радио оперу Глинки. Как только мальчик услышал музыку, сказал: "Это же Иван Сусанин, тот, что поет "Взойдет заря..." Он сел, приложив ухо к репродуктору, и прослушал всю оперу. Когда лег в постель, мать увидела, что сын плачет. Родители спросили его, в чем дело. Он ответил, что ему жалко Сусанина, и задал вопрос: "А Сусанин - Герой Советского Союза?" Разве же это не замечательно?!

На вопрос, зачем нам нужна музыка, ученик III класса ответил; "Чтобы понимать чувства других людей. Когда бурлаки тянули баржу, они пели песню, как им тяжело, как им трудно живется. Когда песня плавная, напевная, она успокаивает возбужденного человека. Музыка помогает в труде".

Серьезность и глубина ответов в средней школе продолжает возрастать. После вторичного прослушивания первой части Пятой симфонии Бетховена пятиклассник ответил: "На протяжении всей музыки как бы боролись две темы. Одна тема говорит о том, что случилось горе, другая призывает не поддаваться горю, продолжать борьбу... И мне кажется, что, в какое бы я ни попал трудное положение, не сдамся и буду продолжать борьбу!"

Другой пятиклассник пишет: "Что значили бы слова из песни "Орленок" без музыки, без мелодии? Это были бы просто слова, а с музыкой - это песня, способная вдохновить на борьбу с врагом. Музыка - это счастье человека!"

В VI классе глубина восприятия возрастает с углублением тем и обогащением репертуара. Среди наиболее понравившихся произведений ребята называют песни борцов за передовые идеалы современности - американских композиторов-певцов Пита Сигера, Дина Рида и замечательного чилийского музыканта Виктора Хары, ставшего жертвой фашистского террора. Многие ребята отметили как самые сильные и интересные "эпизод нашествия" из Седьмой ("Ленинградской") симфонии Д. Шостаковича и "Болеро" М. Равеля. А одна девочка, сохранившая свою любовь к арии Сусанина, зародившуюся еще во II классе, назвала ее своим любимым произведением и написала о ней такие удивительные, поистине глубокие слова: "Ее музыка величественна, спокойна и в то же время проникнута тоской..."

Приводить подобные примеры можно было бы до бесконечности. Ими полны отчеты учителей, которые мы систематически получаем. И в каждом из этих примеров эстетическое начало неразрывно связано с началом нравственным и идейным.

Вот еще всего два примера из совершенно другой, трудной области жизни. Речь идет об исправительно-трудовых колониях, где отбывают наказание ребята старшего школьного возраста. В их душе те или иные причины заглушили заложенные от природы добрые чувства. В письме воспитателя одной из таких колоний я прочитал слова: "Музыка помогает преодолевать тот психологический барьер, который, как правило, возникает между нами - воспитателями и юными правонарушителями". В другой колонии, видимо, очень хорошая воспитательница, любящая своих "мальчишек", как она называет подопечных ребят, нашла в музыке своего большого и доброго помощника. Она организовала в колонии "Клуб любителей музыки". И случилось так, что члены этого клуба, слушая пластинки с записью моих бесед о музыке, стали просить дать им послушать целиком сочинения, небольшие фрагменты из которых перемежают беседу. Воспитательница сделала все возможное, чтобы удовлетворить просьбу ребят. И вот дошла очередь до моего "Реквиема", написанного на слова Роберта Рождественского и посвященного "тем, кто погиб в борьбе с фашизмом". Сочинение сложное и большое - полтора часа звучания. И вот что после этого написала мне Клавдия Евгеньевна - так зовут воспитательницу: "Дорогой Дмитрий Борисович, вы бы видели, как мальчишки слушали "Реквием"! А как они интересно говорили о чувствах, которые вызвал в них "Реквием"! Один мальчик так и сказал: "Знаете, во мне что-то перевернулось, что-то такое влилось в душу, что я даже заплакал и всю свою жизнь вспомнил". А мальчишке всего 15 лет..."

Один такой случай для меня, как композитора, дороже успеха в самом лучшем зале мира...

А Клавдия Евгеньевна пишет дальше: "Если бы они (она имеет в виду плохих эстрадных исполнителей, которых развелось сейчас великое множество) знали, что такое песни их собственного производства! Если бы они знали, как они мешают нам работать с молодежью, тем более с такой молодежью, как мои мальчишки. Знаете, Дмитрий Борисович, может быть, это не серьезно, но мне хочется кричать: спасите наших детей от музыкальной грязи и пошлости!"

Тут всем нам есть над чем задуматься. И не только задуматься... Проблема такая серьезная и такая глубокая, что отворачиваться от нее нельзя. В самом деле, как отвернуться, например, от того, что на Московском кинофестивале во время показа детских фильмов во Дворце пионеров и школьников распространялись листовки со стихами одной песни. Вот эти стихи:

 Мы с кино подружились навсегда и давно, 
 Непонятно, как жили на земле без кино. 
 Три картины в день нам смотреть не лень, 
 На экране мы найдем много друзей. 
 Если много друзей - жизнь веселей. 
 На учебу наляжешь, все ошибки учтешь, 
 Если мама вдруг скажет: ты в кино не пойдешь. 
 Мы с героем расстаться ни за что не хотим, 
 Хорошо бы дождаться 100-серийных картин...

Вот как иные поэты участвуют в важнейшей задаче нашего общества - в воспитании детей и юношества!..

Я привел примеры, показывающие, какие результаты дают занятия по новой программе в общеобразовательной школе. Думаю, что не только учителям общеобразовательных, но и музыкальных школ, еще не знакомым с этой программой, будет интересно и небесполезно узнать хотя бы о некоторых ее основных принципах и методах.

Прежде всего целью обучения является не овладение теми или иными навыками и знаниями, а формирование в учащихся подлинной музыкальной культуры. Естественно, что овладение навыками и знаниями становится при этом лишь средством для достижения основной цели. Отсюда возник и совершенно новый, тематический принцип построения программы. Каждая учебная четверть имеет свою тему, и, поскольку темы эти раскрывают основы музыкального искусства, они выстраиваются в своеобразную лестницу, по которой учащиеся поднимаются все выше и выше.

Важно подчеркнуть, что каждая тема связана с предыдущей и последующей, создавая единую систему, в которой изучение нового звена предполагает постижение всех предыдущих.

Назову главные темы по классам. I класс: "Три кита" (так я назвал три основные, самые демократические и распространенные сферы музыки - песню, танец, марш), "О чем говорит музыка", "Киты встречаются вместе", "Что такое музыкальная речь". II класс: "Песня, танец и марш перерастают в песенность, танцевальность и маршевость", "Интонация", "Развитие музыки", "Построение (формы) музыки". Суть программы III класса сводится к вниканию в "музыку моего народа", после чего выясняется, что между музыкой моего народа и музыкой других народов моей страны, равно как между музыкой народов мира, "нет непереходимых границ". Это, как нетрудно понять, проблемы патриотизма и интернационализма. Сложность тем в средней школе, естественно, возрастает. В IV классе рассматриваются внутренние связи музыки с литературой и изобразительным искусством. Темы V класса: "Преобразующая сила музыки" и "В чем сила музыки". Уроки в VI классе посвящены детальному изучению "Музыкального образа" и "Музыкальной драматургии", в VII классе в разных аспектах рассматривается тема "Музыка и современность". Это своеобразный итог всего школьного курса музыки, опирающийся на прочный фундамент знаний и опыта, накопленных за 6 лет.

Важнейшая, можно сказать, первая задача уроков музыки по новой программе заключается в том, чтобы вызвать у учащихся глубокий и устойчивый интерес и любовь к музыке. В начальной школе, особенно в I классе, игровые приемы и репертуар являются как бы связующим звеном между детским садом и школьными занятиями. А потом большую роль начинают играть увлекающие ребят и запоминающиеся яркие факты, наглядно связывающие музыку с жизнью.

Так, музыка Л. Бетховена связывается с рассказом Юлиуса Фучика о том, какую огромную, вдохновляющую роль играли бетховенские мелодии, когда он и его товарищи, заточенные фашистами в тюрьму, ожидали своей смерти; музыка П. И. Чайковского - с именем выдающегося советского хирурга С. С. Юдина, который, по его собственным словам, перед наиболее сложными операциями любил "перелистывать" страницы Шестой симфонии. "Марсельеза" и другие песни французской революции особенно глубоко проникают в сознание ребят после рассказа о том, что в донесении одного из революционных генералов были такие слова: "Пришлите мне в подкрепление тысячу солдат или тысячу экземпляров "Марсельезы". Разучиванию и исполнению одной из песен Микиса Теодоракиса предшествует рассказ о том, как во время фашистской оккупации Греции исполнение патриотических песен популярнейшего в народе композитора Микиса Теодоракиса, как и ношение оружия, было запрещено фашистским командованием под угрозой суда военного трибунала. Но в одном кабачке на окраине Афин каждый вечер пел старый музыкант, аккомпанируя себе нагитаре. Пел те песни, которые звучали повсюду "официально", и их нельзя было заподозрить в политическом характере. Постепенно число слушателей все увеличивалось. И наконец наступал момент, когда старый музыкант клал гитару на колени и замолкал. По его лицу, по выражению глаз все слушатели понимали: он "молчит" (!) песни Теодоракиса. И все вместе с ним "молчали" эти песни, воспевавшие Родину, звавшие народ к ее освобождению. Безмолвные песни становились оружием в борьбе!..

Все эти факты, связывающие музыку с жизнью, играют огромную роль и в нравственном, и в идейном, и в эстетическом воспитании школьников. Сила таких фактов на всю жизнь закрепляет в их сознании и музыку, и ее "жизненную судьбу".

Вот почему мне становится страшно, когда кто-то говорит, будто музыка существует только для отдыха, для развлечения. Конечно, легкая музыка тоже нужна. Не будем же мы танцевать под музыку И. Баха или Л. Бетховена, не будем в походе петь романсы Ф. Шуберта и Э. Грига и вряд ли останемся довольны, если во время циркового представления будет звучать симфония И. Брамса или С. Прокофьева. Но надо научить ребят отличать хорошую легкую музыку от плохой. Это очень трудно. Для этого надо воспитывать в них высокий художественный вкус. И начинать это надо с самых ранних детских лет.

В детских садах занятия музыкой поставлены на сегодня лучше, чем в школе. Там, как правило, работают учителя-воспитатели со специальным образованием (об этом говорится в докладе профессора Н. А. Ветлугиной), а в I класс школы ребята попадают, как правило, в руки учителей, которые в большинстве не имеют никакой музыкальной подготовки. Один такой учитель однажды очень точно охарактеризовал ситуацию: "Нам трудно, а им (детям) скучно". Получается, действительно, нелепая картина. Скажем, мне, окончившему два факультета консерватории, не дадут преподавать русский язык и литературу, хотя, вероятно, я справился бы с этой задачей. А вот учителю, не занимавшемуся музыкой в детской школе, не только дают, но даже вменяют в обязанность вести уроки музыки. В декабре 1977 года вышло постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР "О дальнейшем совершенствовании обучения, воспитания учащихся общеобразовательных школ и подготовки их к труду". В нем подчеркнуто это ненормальное положение и указано, что по мере создания условий с первого же класса преподавание музыки (как и изобразительного искусства) должно перейти в руки учителей-специалистов. Надо ли говорить, какую важную роль сыграет это постановление в жизни школы, как оно повысит уровень всей воспитательной работы.

Но школа - школой, детсад - детсадом, а ведь есть еще семья, в которой закладываются основы личности ребенка. Рассказывают, что одна женщина, только что родившая ребенка, спросила доктора, когда надо начать воспитывать его. Доктор ответил: "Вы опоздали ровно на девять месяцев..." Смысл этого мудрого ответа в том, что если родители собираются иметь детей, то должны позаботиться в первую очередь о собственном воспитании. Сейчас мы (имею в виду учителей музыки) встречаемся часто с тем, что ребята оказывают благотворное влияние на своих родителей, а родители с огорчением говорят, что не в состоянии ответить на многие их вопросы. Один первоклассник рассказал, что его отец, досмотрев до конца очередную передачу хоккейного соревнования и услышав объявление о том, что будет исполнена Четвертая симфония П. И. Чайковского, выключил телевизор. Мальчик запротестовал: "Это же симфония про березку! Включи телевизор!" Отец включил. Началась музыка. Отец с сыном слушают. Проходят первая, вторая, третья части. "Где же твоя березка?" - "Подожди, она будет в последней части". И вот наконец звучит полюбившаяся мальчику песня "Во поле береза стояла". Он пел ее в классе и в классе же слышал запись финала симфонии Чайковского. Сейчас мальчик был счастлив. Он не только сам получил удовольствие, но и папу своего заставил слушать симфоническую музыку. В нашей лаборатории скапливается много подобных фактов и назревает необычная, но очень интересная тема "Влияние музыки на родителей через детей".

Еще один вопрос хотел бы я затронуть. Преподавание изобразительного искусства заканчивается в VI, а музыки - в VII классе. Не говорю уже о том, что одного часа в неделю совершенно недостаточно, чтобы полноценно вести эти предметы. В старших же классах предметов эстетического цикла нет. А ведь это именно хот возраст, когда у ребят активно формируются мировоззрение, идейные взгляды, нравственные идеалы, эстетический вкус. И в этот период школа отказывается от такого могучего средства воздействия на духовный мир ребят, каким является искусство!

Ленинградский педагог, кандидат педагогических наук Л. М. Предтеченская сформировала программу совершенно нового курса для учащихся VIII-X классов "Мировая художественная культура". Экспериментальные занятия по ней ведутся в ряде школ и дают очень хорошие результаты. Программа охватывает искусство нового и новейшего времени, отечественное и зарубежное. Задачи, которые ставит перед учителями эта программа, достаточно сложны, и принятие ее требует не меньшей смелости, чем проявили ее автор и первые учителя, взявшиеся за эксперимент. Однако задачи вполне разрешимы, что доказано опытом. Кстати, и в Перми курс "Мировой художественной культуры" успешно ведет А. К. Купкель - молодая учительница, подготовленная Л. М. Предтеченской в Ленинградском педагогическом институте им. А. И. Герцена. Автору программы и учителям, которые начали вести по ней занятия, надо сказать сердечное спасибо. Пусть то, что они делают сегодня, можно уподобить лишь закладке фундамента, но это фундамент здания огромной важности, имя которому эстетическое, а следовательно, и нравственное воспитание всех наших школьников, всего нашего народа.

Меня в высшей степени радует отношение к эстетическому воспитанию, которое наблюдается прежде всего со стороны партийных и советских органов в Перми и области. Я побывал во многих городах и селах, и повсюду: в беседах ли с отдельными людьми, на многолюдных ли собраниях - обязательно возникают разговоры о желании учить детей музыке, о необходимости организации музыкальных школ. Вот и сейчас я уже получил депутатский наказ: "Просим Вашего содействия в открытии музыкальной школы в районе Парковой Дзержинского района". А разве не поразительно то, что в прошлом году в области был проведен фестиваль детского музыкального искусства, в котором приняло участие более 70 000 ребят? Финалом фестиваля стал заключительный конкурс в чудесном городе Чайковском. Это был подлинный праздник музыки, который предположено сделать традиционным. А вот теперь эта - такая серьезная, представительная - конференция по вопросам музыкального воспитания!

Партийно-правительственные решения, касающиеся вопросов воспитания юного поколения, живут здесь в реальных делах. И не нужно объяснять, что "музыкальное воспитание - это не воспитание музыканта, а прежде всего воспитание человека"!

Выступление на областной научно-практической конференции по музыкальному воспитанию в Перми. 3 января 1979 г.

предыдущая главасодержаниеследующая глава




© Злыгостев Алексей Сергеевич, 2013-2015
При копировании материалов просим ставить активную ссылку на страницу источник:
http://Etika-Estetika.ru/ "etika-estetika.ru: Этика и эстетика"