БИБЛИОТЕКА
ЭСТЕТИКА
ССЫЛКИ
КАРТА САЙТА
О САЙТЕ





предыдущая главасодержаниеследующая глава

Воображение и свобода

Эстетика Сартра тесно связана с его философией и литературно-художественным творчеством. У него нет эстетики в "чистом" виде, как нет у него и "чисто" философских и литературных произведений, - это своеобразный сплав литературы, искусства, философии, критики, публицистики.

К собственно философским сочинениям Сартра относят "Воображаемое", "Бытие и Ничто", "Критику диалектического разума". Однако, как признавал сам Сартр, и в этих произведениях он давал слишком литературные формулы. В то же время в его литературных произведениях мы находим глубокие философские мысли и рассуждения. Вот почему нам представляется ошибочным мнение, согласно которому литературные сочинения Сартра считают своеобразной популяризацией его философских идей. Видимо, более правильным будет считать, что философия Сартра развивалась в большей или меньшей степени во всех его сочинениях: философских, художественных, критических, политических.

Известно, что первые исследования Сартра были посвящены проблемам воображения: "Воображение" (Париж, 1936), "Очерк теории эмоций" (Париж, 1939), "Воображаемое" (Париж, 1940). Категория воображения является основой философии и эстетики Сартра и в его интерпретации получает универсальное значение: это феноменологически1 определенная интенциональность (направленность) сознания. По существу, Сартр будет разрабатывать проблемы воображения во всех своих произведениях.

1 (Феноменология - наука о явлениях, философия, описывающая явления)

Воображаемая жизнь, или жизнь воображения, определяется актом воображения, который, в понимании Сартра, является магическим. "Акт воображения является одновременно конституирующим, изолирующим и анеантизирующим", то есть в высшей степени творческим актом.

Сартр приходит к признанию существования двух миров: мира реального, существующего в пространстве и времени, и мира ирреального, существующего вне пространства и времени. Лишь позиция сознания определяет воображаемый мир как реальный универсум.

Произведение искусства "ирреально", как ирреален в нем эстетический объект. Сартр иллюстрирует ото на примере прослушивания музыкального сочинения. "Симфония не существует там, где я ее воспринимаю, ни между этими стенами, ни на кончиках этих смычков. Она есть не больше, чем "прошлое": как если бы я о нем думал: именно там зародилось произведение в определенное время в уме Бетховена. Она существует полностью вне реального. Она имеет свое собственное время, то есть она обладает внутренним временем, которое проходит от первой ноты аллегро до последней ноты финала, но это время не есть время, следующее за другим временем, которое бы оно продолжало и которое было бы "прежде" аллегро"; за ним также не следует какое-то время, которое наступило бы после финала. Седьмая симфония совершенно не существует во времени. Она, таким образом, полностью вырывается из реального".

Следовательно, мир воображения совершенно отличен от обычного, реального мира. Его отличие состоит именно в ирреальности, то есть в том, что он существует вне времени и пространства и в этом своем бытии противостоит реальному миру. При этом основная функция воображения заключается в том, чтобы сделать свой объект ирреальным.

Феноменология сознания предполагает "очищение" всех видов сознания от разного рода "примесей" материального и чувственного характера. Однако Сартр, для которого чистое знание является дологическим, стремится ввести в структуру образа чувство страсти. В таком случае познавательно-чувственный характер структуры образа делает принципиально невозможной абсолютную чистоту образа. Чтобы видеть объект или обладать им, мысль принимает образную форму: воображение представляет собой некое заклинание, необходимое для появления объекта, о котором мыслят, или вещи, которой хотят обладать. Движение сознания от знака к образу и от портрета к образу не означает двух реальностей, а есть лишь символическое движение. "Знание осознает себя здесь только в форме образа; сознание образа является деградированным сознанием знания". Главная "функция образа - символическая".

В воображении сознание как бы осуществляет сполна свою свободу; оно выступает причиной самого себя. В таком виде оно становится фундаментальной характеристикой трансцендентального сознания. Вот почему позже Сартр скажет, что "самая большая трудность ввести идею воображения как кардинального определения личности".

Становится понятно, почему так много внимания Сартр уделяет анализу проблемы воображения; ведь почти все сочинения философа посвящены исследованию человека, его сознания, его мира.

Как известно, Сартр начал разрабатывать концепцию метафизического, художественного и социально-политического освобождения человека почти одновременно, поскольку для него литературный труд, литература и искусство охватывали все сферы жизни и деятельности человека.

Именно поэтому прежде всего он обратил внимание на разработку проблем воображения, то есть проблем, связывающих философию, литературу, искусство, психологию с человеком и его повседневной жизнью. Отмеченные нами труды: "Трансценденция Эго" (1934), "Воображение" (1936), "Эскиз теории эмоций" (1939), "Воображаемое" (1940) - явились теоретической основой метафизического, художественного и социально-политического освобождения человека посредством изменения его сознания. Затем издается фундаментальный философский труд "Бытие и Ничто" (1943) - своеобразный трактат о человеке в состоянии его "нечистой совести", в состоянии его естественного вырождения или декаданса.

В этом труде Сартр, пытаясь преодолеть недостатки идеалистической философии, генерирует свою философию субъекта как философскую антропологию, науку о человеке, человеческом существовании, об отношении человека к окружающему миру. Он стремится радикально переосмыслить проблему субъективности - всего того, что относится к субъекту, к его взглядам, интересам, вкусам и т. д., которая, по его мнению, непоследовательно решалась в философской традиции Запада.

Прежде всего писатель резко выступает против гносеологического отождествления бытия и мышления. Гносеологические, познавательные проблемы он преобразует в онтологические, проблемы бытия, ибо для обоснования бытия, считает Сартр, необходимо сознание, а не познание. При этом теория бытия сводится к бытию сознания со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Трансцендентальное сознание как сознание, выходящее за пределы любого опыта, является источником, основой и катализатором жизненной и творческой активности человека. Вместе с тем одновременно с абсолютной свободой, характеризующей феноменологическое или трансцендентальное сознание, как бы спонтанно вводилась абсолютная ответственность: отныне свобода будет определяться ответственностью, а ответственность - свободой. Метафизическое освобождение человека тесно связывалось Сартром с его закабалением в тиски абсолютной свободы и абсолютной ответственности - бремя, которое традиционный европейский гуманизм не мог вынести.

Естественно, Сартр понимает самоопределение сознания не как генезис, не как становление, иначе бы следовало предположить, что сознание предшествует своему существованию, то есть надо было бы признать, что прошлое определяет настоящее, но именно это Сартр отрицает.

Содержание философии, ее диалектика развертываются между бытием и ничто. Бытие определяется Сартром следующим образом: "Сознание есть бытие, для которого оно в самом его бытии является вопросом его бытия, поскольку это бытие содержит в себе бытие иное, чем оно само". Это бытие является трансфеноменальным, то есть бытием-в-себе. Оно есть, является синтетическим, позитивным и случайным.

Человек постоянно проецирует себя в то, что он не есть, и постоянно отрицает то, чем он является. Сознание непрерывно отрицает свое прошлое. Вот этот разрыв между прошлым и настоящим и есть ничто. "Этой возможности для человеческой реальности выделять ничто, которое его изолирует, Декарт, вслед за стоиками, дал имя: это свобода". Свобода присуща человеческому бытию, она делает его возможным. "Свобода это человеческое бытие, исключающее свое прошлое, выделяя свое собственное ничто".

Свобода, согласно Сартру, не может иметь сущности, следовательно, она не может подчиняться и никакой логической необходимости. Сартровский человек, человек "Бытия и Ничто" "приговорен к свободе". В таком случае свобода принимает абсолютные измерения: сама свобода, не поддаваясь никакому анализу, определяет мотивы, цели, Побудительные причины и т. д. Она является масштабом измерения индивида и всего, что связано с его сознанием. Поскольку воля субъекта избегает признания истинных целей, выбранных спонтанным сознанием, то в качестве побудительных причин она констатирует ложные психические объекты и тем самым порождает нечистую совесть.

Сартр сознательно выстраивает свою экзистенциальную феноменологию в негативном духе, в духе отрицания абсолюта - ведь подлинно человеческая жизнь с необходимостью отрицает существование абсолюта. В этом смысле Сартр как бы следует за Хайдеггером и Ясперсом, у которых существование и дух имеют негативный характер. Сартр развивает гегелевскую "негативную силу", "силу отрицания" до крайних пределов - до безграничной и абсолютной свободы. "Нечистая совесть" выражает стремление или страсть познавать саму себя как некий абсолют, который может быть ограничен только через сознательный выбор. Любой выбор есть ограничение, как любое определение есть отрицание. Но видимо, и всякое отрицание есть определение, пусть и негативное. Тогда любой выбор будет отказом, отвержением, отрицанием, а любой отказ, отвержение, отрицание будет выбором. Следовательно, всякий выбор, по существу, будет неудачным, неудовлетворительным.

Негативная направленность экзистенциалистской феноменологии как онтологии проявляется также в утрате "духа серьезности", в ироническом и релятивистском отношении к ценностям, рассматривающимся в виде некой эмпирической реальности, окружающей субъективность. Бесконечная возможность выбора (по крайней мере теоретически) обесценивает любой выбор. "Возможность этих других выборов ни ясна, ни поставлена, но она переживается в чувстве неоправданности и именно она выражается благодаря факту абсурдности моего выбора и, следовательно, моего бытия". "Вот почему моя свобода разъедает мою свободу".

Казалось бы, индивидуальное существование, получая абсолютную свободу, должно становиться действительно свободным (хотя бы в сфере сознания). Однако абсолютная свобода, позволяя индивиду вступать в любые ситуации, выбирать то, что ему больше всего импонирует и подходит, то есть предоставляя ему полную свободу выбора, на самом деле ставит под сомнение саму себя, поскольку абсолютное как таковое невозможно и даже немыслимо именно потому, что оно предполагается как абсолютное. Именно абсолютные характеристики свободы и выбора в конечном счете приводят к абсурду, ибо абсолютная свобода и абсолютный выбор, как таковые, реально невозможны. Вот почему Сартр акцентирует внимание не на абстрактных сущностях, а на эмпирических реалиях, которые могут получить фактическое подтверждение. Видимо, этим также объясняется и то, что "Бытие и Ничто" - трактат, повествующий о человеке в состоянии "нечистой совести", всеобщего отчуждения и декаданса, предусматривает возможность "спасения" или "искупления" "подлинного существования", "чистой рефлексии", ибо феноменологическая онтология завершается обещанием выработки систематической морали; "Экзистенциальный психоанализ есть моральное описание, ибо он открывает этический смысл различных человеческих проектов... человек становится человеком, чтобы стать Богом". Однако в силу изменившихся социальных условий и логики творчества Сартр предпочел продолжить свои фундаментальные сочинения в серии литературно-философских и философско-литературных публикаций, содержание которых включало в себя главным образом анализ взаимоотношений философии с литературой, искусством и культурой.

предыдущая главасодержаниеследующая глава




© Злыгостев Алексей Сергеевич, 2013-2015
При копировании материалов просим ставить активную ссылку на страницу источник:
http://Etika-Estetika.ru/ "etika-estetika.ru: Этика и эстетика"